Он в детстве где-то прочел, что город глотает своих людей.
Город был пастью в мыслях его, распахнутою в нигде.
Дома, как зубы, сощелкнув ставни, хватают тех, кто вошел...
***
С тех пор он точно решил, кем станет, когда он станет большой.
...а кризис среднего возраста совпал с крещеньем Христа
В его истории - к счастью, вовремя он понял, что жизнь пуста,
Когда проживаешь ее далеко от истинного пути.
Он встал с постели, и вышел в город, и тот его поглотил.
Для всякой болячки любого тела найдется сто докторов.
Ему, бедняге, досталось дело, достойное добрых ста.
Что ж, если город - открытый рот, пускай он будет здоров:
Не слишком сладко творить добро в дурных и грязных местах.
Граждане, обратите внимание, если стучат в стекло:
Он бродит ночами во власти маний,
выстукивая дупло.
Он ненавидит растрату, старость, клеймо сумы и тюрьмы
И прочий бред, а особо - кариес; а кариес это мы.
Прошу вас, граждане, будьте бдительны, просты, разумны, добры,
А ночью лучше не выходить из дома, и дверь закрыть,
И спать спокойно, пока не пришел на тлен наших дел и слов
Злой СТОМАТОЛОГ, вооруженный
ОГРОМНЫМ СТАЛЬНЫМ СВЕРЛОМ!!
***
Ангел с ксилитом и карбомидом уничтожает зло!
На улице Нижней Длинной,
На углу с проулком Хвостов
С первого взгляда видно, что творится неясно-что,
Неясные очертанья проступают в тени домов...
Мистический Бестиарий между церковью и тюрьмой
Построен из звона ночных трамваев и песен их проводов,
И в полнолунье порой бывает, что чует соседний дом
Сквозь дрему шепот и завыванья, его звериную суть...
(А я в том доме часто бываю, хожу туда отдохнуть)
Центральный вход в Бестиарий
Охраняет трехглавый пес,
Знакомым он машет лапой (задней) и морщит свой правый нос,
А незнакомых кусает за попу, пока те не крикнут "БЛЯ!"
Я завела бы себе такого, чтоб с ним по утрам гулять...
В наш Бестиарий есть только вход, а выхода нет как нет:
И если произошел приход, то все, товарищ, привет.
Ночью, когда ни одна из птиц не перелетит Днепра,
Смотритель взглянёт и определит, обед ли ты или брат.
Подземный вход охраняет кошка с десятком рыжих хвостов
Оранжевый глаз на пришельца скосит и выяснит кто есть кто -
Драконы греют дыханьем люк, на котором она сидит,
И я бы грела - я так люблю, когда спят на моей груди..
И ангел, когда он летит со смены, из камеры на алтарь
Садится на крышу, горящую медью и с крыши смотрит туда,
Где я сижу, допивая кофе, в соседнем спящем кафе.
Я подружилась бы с ним легко, но мне достаточно фей.
Ветер ерошит городу мех,
И хрупок сон в октябре:
Порой случайный прохожий заметит свет, и идет смотреть.
И если ему ни в тюрьму, ни в церковь, то рано кричать "беда!"
Открыт и тайный вход, и по центру - лишь третий закрыт всегда.
Тот вход - для тех, кто рожден ползти, его охраняет мент
Его наниматель, бесцветный тип из фирмы "Песок-Цемент"
Сказал никого не пускать на склад, а иначе все украдут:
***
Песок и цемент поднялись в цене - но я туда не пойду.
Дегу - небольшой грызун, японская мышь,
Скажи мне, малыш, куда ты всегда бежишь?
Оставь заботы о пище, тревоги лгут!
О, остановись, дегу, и я помогу!
***
Дегу отвечает: я не могу. Я бегу.
Ужасна дрожь передних и задних лап!
Лишь на бегу живется тому, кто слаб,
Всегда за спиной дыхание хищных губ,
Встал - и попал в ощип, и попал в рагу...
***
Ты знаешь, дегу, что я никогда не лгу!
Смотри. Вот грабли.Я их придумал, любя,
Чтоб каждый мог стать немного больше себя,
Чтоб дотянулся хоть раз до своей мечты
Любой, имеющий лапы: и даже ты.
***
Дегу трепещет хвостом и глядит в кусты.
Во мгле коварной несложно встретить кота,
В укромной тьме могут быть нора и еда,
Возьми же грабли, и их протяни вперед:
Никто не знает, что шаг во тьму принесет,
Сбежишь - и не узнать уже никогда...
***
Дегу кивает
и грабли в лапы берет
Все станет ближе: не нужно больше бежать.
Потом научишься сеять, а позже - жать,
От разграбленья беречь поля и стада,
Чтобы не убегать уже никогда.
***
И все убегут.
И ты будешь один.
Тогда...
Кому-то другому скажешь: остепенись,
Остановись, останься со мной, люби...
Потом бежать станет некуда - только ввысь...
Так начинается жизнь, дегу, потерпи.
***
Грабли твои: смотри же, не наступи...
Что тут сказать? дегу пищит "пи-пи-пи"
Выбрать для песенки тему - большая проблема, трудный предмет.
Вот, к примеру, я верю в существование двери, которой нет,
Но если я буду петь про подобный бред на весь белый свет,
То что подумают те, кто здесь есть, и что мне скажут в ответ?
Вот, к примеру, я знаю, что если кот сидит под диваном. то там ему
Кажется, будто он в мире другом, и не видно его никому:
Ведь вправду - темно и тесно, и много пыли, и самому
Неясно, что там во тьме под диваном - но петь-то о том кому?
кому интересно, что мне известно то место, где спит весна,
И я прихожу туда, когда холода, и тогда она
Крутится, оставляя желтую шерсть на моих штанах,
и я тротуар штанами мету, пробуждая город от сна.
но это бред, никаких миров, кроме этого мира, нет.
А кот под диваном видел - но он не ответит, каков их цвет,
Запах и вкус, и солнце, чья желтая шерсть на его усах -
и даже если ответит, вы не поверите!
а я по ночам часто слышу их голоса.
Они говорят мне: пой! я поддушем пою, пью чай и пою.
Кот вылезает из-под дивана, а я на него смотрю
И мы понимаем, что мы-то знаем: есть другие места!
Но к чему об этом, если, наверное, все мы встретимся там.
А там уже ждет весна, и она огромна, как сто китов.
Под боком ее найдутся места для нас, для псов и котов,
Для всего, что есть в этом мире, и для дивана, ну а под ним
Будет дверь, а что там, за дверью? влезем и поглядим!
Надо в нее пройти и идти, ориентируясь по голосам!
и если ты кот, то лезь под диван. А нет - так ищи их сам!
а нет, так придумай сам.
О-о-о, какой мерзкий сегодня день!
Дождь льет, как из ведра.
Солнце спряталось в тень
И на работу пора!
Ох, ну куда я иду,
если сырость кругом?
Ведь у меня есть дом -
Я там сварила еду!
А я куда-то бреду
Под дурацким зонтом.
Конец света объявляли вячера!
Почему сегодня все еще здесь?
Я бы кричала "ура", если б мир вышел весь.
Мы неплохо живем,
У нас хорошая жизнь,
Но сегодня хоть ложись
И помирай под дождем!
Ну как мы переживем?
Денек - только держись.
О, какой мерзкий сегодня день!
а завтра будет еще!
Ты один в темноте,
ничем не защищен,
Ты промерз до костей:
Зимою жизнь не мила...
Слякоть я не звала -
Пусть проходит скорей!
***
Еще 170 дней
И будет весна.
Вот перед нами герой с героиней - вот вступительный кадр,
Как повелось в кино, она его любит, но без ответа,
И есть полтора часа до развязки, финальной сцены, когда,
Он перед нею с цветком в руках - по правилам хэппи-энда:
Вот оно, счастье, вечное чудо - за час и тридцать минут!
В жизни все будет чуточку дольше, сами судите, братцы:
Она полюбила - и по сюжету их приключенья ждут,
Пока она сможет к нему по извилистой тропке добраться.
Он любит сидеть в качалке в саду, а сад любит летний дождь,
Дождь любит небо, а небо - тех, кто его бояться не станет,
Пожалуй, птиц, которые любят летать и хлебные крошки -
(Она их кормила в детстве, вокруг собиралась целая стая)
Те, кто крылаты, любят летать, видеть новые берега,
Берег любит волну, а волнам так нужен попутный ветер
Ветер родится в вершинах гор, а от гор родится река,
В водах реки отражается город-призрак, далек и светел,
В городе редко бывает солнце и в тучах горит закат,
Алый закат - к дождю, которого ждет молодая поросль -
И Бог единственный знает, в который вечер он выйдет в сад
И в шуме дождя услышит чей-то влюбленный голос.
Дальше он просто бродит по городу, смотрит в реку с моста,
Река несет его сказку в море, а волны расскажут ветру,
А ветер - небу, а небо - птицам, а птицы будут летать,
И в некий прекрасный день принесут на крыльях его ответ ей...
На это может уйти вся жизнь, придется идти на риск,
Ведь жизнь коротка, полтора часа и снято! другой не будет,
На пленке все решил бы монтаж, но бог - большой сценарист...
Мотор!
***
И если успеем, будет настоящее чудо.
До моря сегодня сто сорок тысяч миль,
Двенадцать колен и ровно столько локтей
Материи дней, натянутой меж людьми
так, чтоб за ней виднелась всего лишь тень.
До моря - между сетей из надежд и снов
В песке сомнений железные башмаки
вязнут, и медный хлеб на вкус, точно кровь,
Точно закатный отблеск в волнах реки
Впадающей в море. И труп твоего врага
Достигнет его быстрей чем ты - нелегко,
считая шаги,
пробираться по берегам.
..но жажда моря не утолится рекой.
До моря тысяча лет - и последний час,
И в алых его лучах ты зайдешь в прибой,
И станет тихо - в крови устанет стучать
Отсчет до моря.
***
И море станет тобой.
Водою, что изменяется и течет,
Лунной дорожкой, по тверди равной судьбе,
Мечтой, до которой кто-то начнет отсчет -
Чтобы он смог однажды прийти к тебе.
Это брутальная песня о том, как на свете все хорошо.
Маленький мальчик сверху взял молоток и пошел, пошел,
И он забивает гвозди в мой потолок с утра до утра,
Но я не печалюсь, я даже рад, не передать, как рад.
Девочка снизу рыдает горько который день, целый день
Скоро дом подо мной поплывет по воде, по большой воде
И море соленое смоет овсянку и куколку без ноги,
Но я не грущу об этом, я счастлив тем и ничем другим
Соседка жарит вонючих рыб, не иначе - на весь народ,
Другая соседка черствым батоном забила мусоропровод,
Сосед идет от одной к другой, по пути расстилая дым,
И я ни капли не огорчен ни им, ни тем, ни другим
И в доме моем, помимо соседей, все тот еще зоопарк
Супруга качает старшего сына, скача в танцевальных па,
Младший из пуза матери требует свежего имбиря,
Вокруг игрушки, под тумбой пыль, и посередине - я.
Но я не печалюсь, я знаю, однажды архангел гуднет в трубу
И все, кого жизнь загнала в гроб, перевернутся в гробу,
И дом мой смоет волна потопа, и мы отправимся в путь -
Но я давно привыкаю к качке, и мне не к лицу испуг:
И я буду рад дыре в потолке, я направлю туда лорнет,
И путь кратчайший до рая архангел грозный укажет мне,
Ковчег будет сыт хлебами и рыбой, табачным дымом согрет,
А еще мы напишем в пыли под тумбой хроники прошлых лет.
И когда наконец мы выйдем на берег, что будет безвидн и пуст,
Совочком копнем, и имбирь воткнем, и вырастет райский куст
И будем в благословенной тЕни плясать и растить детей
И где, скажите мне, милые, повод тут для грустей?
Спросите меня, как меня это бесит, и я вам скажу - о, да!
Но если обдумать, но если взвесить, выходит, что не беда,
Все пригодится в пути до рая, и я почти на плаву
- а если еще не пора, ну ладно, значит, я еще поживу!
ура, ура, еще не пора, я еще хорошо живу!
вон полетела ангелов рать, нынче в гости их зазову!
Пусть отдыхают, куда спешить, не к спеху армагеддон:
Нам очень нравится наша жизнь - многоквартирный дом
***
Дурная, смешная, одна лишь жизнь, где все одно на одном.
Жил крокодил совершенно один на болоте у берега Нила,
Каждое утро туда приходила антилопа на водопой.
Антилопа грустила, поскольку она крокодила давно полюбила,
И казалась ей сладкой вода из болота, сладкой живою водой:
Но вот незадача, не выпить глотка, не коснуться зеленого тела,
Потому что вовсю голосит инстинкт "не влезай, поскольку убьет".
И она не решалась, боялась пока, хотя очень и очень хотела,
И даже немного подозревала, что он тоже хотел ее.
И когда ей стало уже наплевать, что любимый укусит за ногу
Ее встретил охотник, который был беден и голоден, хоть и смел:
Она вышла к нему, и инстинкт прозевал, и Любовь указала дорогу -
В тот же миг человек полюбил антилопу, и ее застрелил и сьел.
Потому что любовь это странное дело, она и одежда и пища,
И живая вода, и опасность и гнет, и инстинкт, дремучий и злой.
Достоверно известно одно, что кто желает любви, тот отыщет,
Никому не известно, какой обернется она к тебе стороной.
И случилось потом, что охотник задумал, наевшись, еще и напиться,
Наклонился к воде и слегка обалдел от того, что она сладка:
И тотчас крокодил на его беду человеком решил поживиться,
Привлеченный запахом антилопы, что был на его руках.
Они встретились все на другой стороне реки, где инстинкт не властен,
И легли все вместе в густой траве, и никто не держал обид.
Потому что любовь не перестает и не мыслит зла и несчастья,
И однажды своими кривыми путями влюбленных соединит.
Сэр Ворчестер, английский лорд, попал в саванну, где белым - швах.
Каким его ветром туда несло? Он объяснял себе как-то так:
Господь создал меня с парой ног,
И, раз уж Он их выделил мне,
Куда бы я ни шел - все равно
Приду туда, где Ему нужней
Вот лорд стоит в предрассветной мгле и чешет пробковый шлем - и вдруг
Ему навстречу выходит лев, ищущий завтрака поутру.
Зверюга - ему просвещенья дух до кисточки на конце хвоста...
Но лорд улыбнулся ему, как друг, и говорил с ним примерно так:
Всевышний дал мне сердце и плоть
С какой-то целью, и если цель
Кормить в саванне голодных львов -
Прошу тотчас же начать процесс!
Он вспомнил Мэри, легко вздохнул, он снял с себя шлем и патронташ,
А лев на это хвостом махнул и по-английски ответил так:
Да я бы съел бы - но что тут есть, коль ты с потрохами уже Его!
Ведь Бог же дал тебе ум и честь, бросаться дарами глупей всего:
Неужто нету важнее дел,
Чем львов в саванне собой кормить?
Иди - ищи свой благой удел,
А для начала, что ли, женись.
Сэр Ворчестер возвратился в дом, туда, где реет британский флаг,
А что до того, что сказано львом, то Мэри, как дура, его ждала.
Остепенился на радость всем и культивирует дом и сад,
Как лев велел ему - а зачем, по-прежнему он не знает сам.
Своих скитаний не позабыл,
Порой он думает, сам не свой,
Мол, съел бы лев - я бы с Богом был...
А Мэри смеется: да Бог с тобой!
Давай попробую писать стихи -
На день по строчке, просто в настроенье,
Без темы, без слепого упоенья
каскадом слов - прекрасных и плохих,
А просто так. Про жизнь мою дурную,
Про то, что за окном - январь, февраль,
Апрель.. и ты. Порою очень жаль,
Что дней прошедших больше не верну я
...
А так - верну. Возьму простой аккорд
И пропою о каждом дне недели
по строчке. Помнишь, мы с тобой хотели
Мгновение остановить? ну вот..
Давай на каждый день - по паре слов,
Что, как всегда, мир за окном прекрасен,
И вечно юн.. а позже, на террасе
Я буду свой перебирать улов
Из лиц и листьев, снов, тепла, движенья,
Привычной каждодневной суеты,
Любви.. и ты. Конечно, будешь ты,
Как вечный повод для стихосложенья.
...
А после, когда день придет к концу,
И спросишь ты - что в нем мне было мило?
Я с пальцев вытру синие чернила
И чуть притронусь к твоему лицу.
Давай писать стихи о всем простом
(Ведь наша жизнь проста, как апельсины).
Я напишу о том, как буду сильной,
О том, как людям я нужна, о том,
Что каждый день - как мир, в котором можно
Родиться вновь, и жить, как в первый раз,
И умереть к утру, ожив тотчас..
...
И вдруг покажется совсем несложным
Сто тысяч жизней пережить. Листы
Покрыть поэмами и одами о многом,
И знать, что каждый день достоин слога
высокого.
И ты.
Конечно, ты..
Пускай я не знаю, что там за стеной,
пускай я не знаю, кто рядом со мной,
Не знаю значения слова "семья",
Не помню, что я - это больше, чем я,
С трудом отличаю Добро ото Зла -
Но я с малолетства люблю зеркала
И мне говорили, что там, как везде,
Ни тайны, ни сказки, не слаще удел,
А лишь отражение нашей земли,
Но что-то мне верить словам не велит:
В те дни, когда я была очень мала,
Я думала, можно шагнуть в зеркала
А в юности видела в сладостном сне,
Что некто из зеркала выйдет ко мне,
Но к счастью, желание быстро прошло:
Я не влюблена в то, что там, за стеклом,
Я не предлагаю искать панацей,
Не ставлю себе нереальную цель:
Порою во мне слишком много огня -
И лишь зеркала не боятся меня.
Мне кажется, с зеркалом мы заодно,
И день ото дня меня дразнит оно
Муаровой занавесью амальгам,
Как будто податливой дерзким рукам -
Как будто ему снятся странные сны,
И хочется знать - что с моей стороны!
***
В тот день, когда здесь я закончу дела,
Я просто отправлюсь бродить в зеркала.
на стихи Александра Мазина из сборника "Путь к сердцу горы"
В этой комнате, похожей
На поношенную шляпу
Ходят звери - пол в прихожей
Их когтями исцарапан.
Их дыханьем пропитались
Занавески и обои.
Потому-то в здешних книгах
Нет ни истин, ни героев.
В этой комнате, где ветры
Спят в обнимку с журавлями,
Из коричневого фетра
Кем-то вырезано пламя
И в прореху подвенечну
Дым приходит ниоткуда.
А войти сюда - беспечность,
А уйти совсем не трудно.
Только мало кто уходит
В этой комнате утешно.
Здесь бесшумно звери ходят
И зрачки у них кромешны.
И поэтому вино здесь
Не кончается под утро,
И гостям щекочет ноздри
Запах лотоса и пудры.
В этой комнате, где сине
Под обвисшими полями,
Большеротая эльфиня
С кириянскими глазами
Потеряла черный гребень
(Это звери виноваты,),
От того ли в здешнем хлебе
Этот кислый вкус утраты?
В этой комнате из фетра
Все, что прежде было - камень.
Гости бродят по паркету
Между влажными клыками,
Как погашенные свечи.
Языки у них шершавы.
И становится на плечи
Темнота, в лицо дыша им...
В этой комнате посуда
Гибнет как-то непреложно.
А с уснувшими под утро
Звери очень осторожны.
Их глаза из тьмы - как звезды.
Их усы ласкают кожу.
Здесь "люблю" звучит, как "воздух"...
Только жить никто не может
В этой комнате...